Сотворение мира

Александр Чугунов

OPEN!, осень 2005



Здесь можно увидеть, как на новой, еще обугленной планете зарождается жизнь, найти первую зеленую былинку и первую ящерицу, вышедшую из океанских вод. Когда-то это зрелище так поразило Чарльза Дарвина, что он создал теорию эволюции видов. Однако Галапагосы, скорее, иллюстрация к библейской истории Сотворения мира, где из мрака и хаоса проступает космическая гармония.

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ: БАРТОЛОМЕ
В начале сотворил Бог небо и землю.
Земля же была безвидна и пуста...

Книга Бытия

Если говорить объективно, то Галапагосы — это архипелаг, лежащий в Тихом океане в тысяче километров от побережья Южной Америки. Он расположен на экваторе и принадлежит государству Эквадор. Но говорить объективно о Галапагосах невозможно. Они поражают воображение, переворачивают представление о путешествии как о перемещении в пространстве. Самолет компании AeroGal становится машиной времени: недолгий перелет с материка — и ничего не подозревающие пассажиры оказываются за миллион лет до нашей эры, в первом дне творения.

Галапагосские острова поднялись из океана в результате тектонических смещений и извержений вулканов. Некоторые возникли миллион лет назад и уже успели обрасти жизнью, некоторые существуют всего пятьсот лет. Там обугленные камни еще не покрылись почвой, там не видно птиц — птицам нечего делать в этой вулканической пустыне.

Таков, например, маленький остров Бартоломе: над грудами оплавленных камней поднимаются конусы вулканов, топорщатся черные базальты и белые скалы из ноздреватого туфа, лиловые потоки лавы, кажется, еще не остыли, осыпи черных камней отливают мертвым металлическим блеском. Остров похож на новую, только что созданную планету. Уже есть воздух, но еще нет жизни; уже есть цвета, но это лишь черный и белый да капля лилового. Здесь жизнь появляется из океана: на берег вылезают погреться черные морские игуаны с колючими драконьими спинами, возле скалы Пинакль отдыхают морские львы. Если внимательно посмотреть на камни, можно заметить первых обитателей этой юной планеты: маленькие мохнатые кактусы цепляются за жизнь в расщелинах мертвого базальта и первая сухопутная ящерица, крохотная и невзрачная, уже изредка пробегает по застывшей лаве.

Остров Бартоломе хранит настоящее чудо: среди нагромождения черных скал массива Сантьяго есть родник. Про него знали пираты, благодаря этой неприметной лужице они спасались в прибрежной пещере от штормов. Пещера так и называется — Пирата. Теперь по острову никто не ходит, это запрещено. Через каменный хаос тянется навесная дорожка, сходить с нее нельзя — таковы правила игры. Шаг в сторону — и грубый каблук раздавит, быть может, единственную бабочку, чудом появившуюся на острове. Шаг в сторону — и развитие цивилизации пойдет по иному пути, как в рассказе Брэдбери. Шаг в сторону — величайший соблазн и строжайшее табу острова Бартоломе.

ДЕНЬ ВТОРОЙ: БАЛТРА
И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И назвал Бог твердь небом.
Книга Бытия

Те, кто не приходит на Галапагосы на собственной океанской яхте или круизном лайнере, попадают туда по небу. Архипелаг состоит из шестидесяти островов. Тринадцать считаются большими, шесть — маленькими, остальные — совсем крошечные. С самолета хорошо видны эти острова: они появились в океане, когда пришло время разбрасывать камни. Аэропортом служит остров Балтра. К взлетной полосе подбираются кактусы и заросли мангров, и древние ящеры провожают самолеты холодным немигающим взглядом.
На острове помещается только аэропорт, на обитаемый Санта-Крус попадают морем — на пароме, как попадали сюда до самолетов.
Первым увидел Галапагосы в 1535 году панамский епископ Берланга. Они явились перед ним из пелены тумана и показались сказочным видением. Это было настолько невероятное зрелище, что епископ назвал острова Энкантадас — Зачарованные. Позднее он написал, что встретил на архипелаге «глупых птиц, которые даже спрятаться не догадывались», и огромных черепах. Морские черепахи (по-испански «галапаго») и дали островам их современное имя.
Спустя триста лет на Черепашьи острова зашел парусный корвет «Бигль», на котором путешествовал английский натуралист Чарльз Дарвин. Полтора месяца потрясенный Дарвин наблюдал, изучал и сравнивал обитателей островов — птиц, ящериц и черепах. Он назвал Галапагосы «раем эволюции», а из наблюдений вывел свою теорию, положенную в основу труда «Происхождение видов путем естественного отбора». Еще через столетие Галапагосы были объявлены заповедником имени Чарльза Дарвина, а потом и памятником природы под эгидой ЮНЕСКО.

ДЕНЬ ТРЕТИЙ: САН-КРИСТОБАЛЬ
И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша...
Книга Бытия

Галапагосы в любой точке архипелага оставляют странное, дразнящее ощущение: это не другое полушарие, это другая планета. Острова никогда не были связаны с материком, поэтому их населяют удивительные создания, которые больше нигде не встречаются. Откуда они появились? Вышли из морских вод? Обустроили в каменной вулканической пустыне свой параллельный мир? Дарвин попытался ответить на эти вопросы, но не все в его теории звучит убедительно.

Даже растения, когда-то занесенные из Южной Америки птицами или волнами, приобрели на Галапагосах вид необычный и незнакомый. Кактус опунция, например, вырастает с трехэтажный дом. Его вытянутый ствол покрывается настоящей красноватой корой, гигантские колючие лепешки вздымаются в небо зелеными нагромождениями. Прогуливаясь среди таких «деревьев», чувствуешь себя лилипутом. От них ждешь любого подвоха — неожиданного появления черепахи величиной с автомобиль или ящерицы размером с вагон. И она появляется — гигантская галапагосская черепаха. Панцирь метрового диаметра несут мощные слоновьи ножищи с крепкими когтями, длинная морщинистая шея увенчана тупоносой головой с крохотными глазками. Она вышагивает среди кактусовых деревьев как ископаемое чудище, и заросли кактусов превращаются в мезозойский лес.

В мезозойском лесу на камень взбирается игуана, похожая на юного динозавра: свисающая складками кожа, частокол драконьего гребня на спине, когтистые лапы. Игуана заползает на кактус и начинает пожирать его колючие лепешки — нежно-розовая пасть вгрызается в сочную плоть растения. Громкое хлопанье крыльев над головой выдает присутствие птеродактиля. Впрочем, птеродактиль оказывается коричневым пеликаном, но это ничего не меняет. Или почти ничего.

ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ: САН-САЛЬВАДОР
И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода...
Книга Бытия

За последние пятьсот лет на Галапагосах многое изменилось, но со времен епископа Берланги «глупые птицы» так и не научились прятаться при виде человека. И странные галапагосские звери не научились, и рыбы. Как в райском саду, они разгуливают свободно и беспечно, и люди свободно разгуливают рядом с ними, вооруженные лишь фотоаппаратами и видеокамерами.

Здесь живут девять видов млекопитающих, одиннадцать видов черепах, ящерицы, игуаны и шестьдесят видов птиц. Самые странные существа — морские игуаны, похожие на ископаемых ящеров. Они питаются водорослями, ныряя на глубину до десяти метров. С ними соседствуют морские ящерицы, красные, как водоросли на мелководье. Только над Галапагосами летают галапагосские голуби и галапагосские канюки, а на скалах сидят галапагосские бакланы, которые не умеют летать. Рядом гнездятся огромные альбатросы. Самые забавные птицы — синелапые олуши, или бубисы. В брачную пору они дарят друг другу красивые зеленые веточки — совсем как мы обмениваемся цветами.

Да что там бубисы! На Галапагосах живут пингвины! Рядом с островами проходят прохладные тихоокеанские течения, и эти арктические жители прекрасно чувствуют себя здесь, на экваторе. Как и остальные обитатели островов, пингвины совсем не боятся людей. С ними можно поплавать прямо у пляжей на Бартоломе, Исабеле и Фернандине, где пингвины живут в лавовых пещерах.

Кроме ни на что не похожего сухопутного мира Галапагосы — это еще и потрясающий, ни на что не похожий морской мир, подводная параллельная реальность. Здесь в теплые экваториальные воды врываются арктические течения — и в результате бок о бок живут пингвины и коралловые рыбы, котики и скаты, кашалоты и морские звезды. Когда наверху, на островах, царит райское умиротворение, в глубинах идет вечная битва. На суше нет хищников, кроме ястребов и золотых орлов, а в воде сталкиваются существа, которые во всех остальных морях и океанах живут далеко друг от друга.

Одно из самых эффектных мест для погружений или просто подводных прогулок с маской — остров Сан-Сальвадор. Черные вулканические скалы уходят под воду, на их фоне тропические коралловые рыбы кажутся особенно яркими. На камнях фантастической формы растут черные и желтые галапагосские кораллы, к водорослям ныряют морские игуаны, у дна сонно машут пятнистыми крыльями орлиные скаты. Здесь можно встретить рифовую акулу с белыми кончиками плавника и хвоста, увидеть зеленых морских черепах и касаток, рыбу-луч и рыбу-молот. Только на Галапагосах водятся забавная рыба — летучая мышь и самая большая в мире морская звезда, чьи лучи расходятся на полтора метра. Эта невероятная красавица умеет стремительно передвигаться по дну, поедая по пути мелких морских звездочек.

ДЕНЬ ПЯТЫЙ: ИСАБЕЛА
И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их...
Книга Бытия

Исабела — самый большой остров архипелага: четыре с половиной тысячи квадратных метров. На карте он похож на морского конька, прицепившегося хвостом к листу. Морские коньки здесь тоже есть — причудливые, странные, меланхоличные создания. Остров Исабела украшают пять действующих вулканов. Через один из них проходит линия экватора — это вулкан Вульф высотой 1707 метров, самая высокая вершина архипелага.

На брюхе «морского конька», между двумя вулканами, живет множество гигантских черепах, самая большая колония на Галапагосах. Рядом с ними, в бухте Урбина, обитают большие разноцветные игуаны и гнездятся пингвины. В соседнем заливе Элизабет пингвины делят маленькие островки с пеликанами, которые запасают рыбу в пещерах. В маленьких волшебных лагунах разгуливают фламинго, охотятся ястребы, фрегаты призывают подруг, раздувая красный зоб. А у берега резвятся стаи котиков и морских львов.

Поплавать с морскими львами — еще одно потрясающее удовольствие, которое можно испытать на Галапагосах. Эти неуклюжие увальни, с трудом перетаскивающие себя на суше, под водой превращаются в грациознейших акробатов. Они дружелюбны и ужасно любопытны, всегда рады познакомиться и поиграть. Вот три морских льва нашли в воде лимон и гоняют его, перебрасывая друг другу, как мячик. Они кувыркаются и шалят, и усатые морды расплываются в довольных улыбках, а выпуклые глаза смотрят по-детски наивно и доверчиво.

Животных на острове так много, что кажется: нога человека никогда не ступала на эту заповедную землю. Но вот из-за скал появляется яхта — и из нее высаживаются еще несколько первопроходцев. За ней бросает якорь маленький катер... Бывали здесь люди и до туристической эры: Галапагосы много лет служили перевалочной базой пиратам. В пещере Тагус до сих пор сохранились нацарапанные на камнях карты и маршруты походов. Может быть, среди них есть отмеченные тайными знаками карты пиратских кладов? На Галапагосах кладов не ищут, сюда приезжают за другими сокровищами — поиграть с морскими львами, поплавать с дельфинами, увидеть мезозойский лес или параллельный мир другой планеты.


ДЕНЬ ШЕСТОЙ: САНТА-КРУС
И сотворил Бог человека по образу Своему...
Книга Бытия

Из всех островов архипелага обитаемы лишь три, да и то там только по одному поселению. Местных — около двадцати тысяч человек, при этом здесь запрещено селиться новым жителям. Живут на Галапагосах эквадорцы, говорят они по-испански, выращивают фрукты-овощи и ловят рыбу.

Самый населенный остров — второй по величине Санта-Крус. Там есть научно-исследовательская станция имени Дарвина, которая занимается в основном охраной черепах. А еще там есть город Айора, куда по единственной на острове дороге приезжают из аэропорта туристы. Несколько улиц, несколько простых отелей, бухта с яхтами и рыбачьими лодками — все это кажется таким странным, таким неуместным в этом гармоничном и диком параллельном мире!

В Айоре становится ясно, что человек появился здесь гораздо позже остальных обитателей островов, так и не став главным персонажем. По бетонному парапету набережной бегают морские игуаны, в лодках хозяйничают пеликаны и альбатросы. Чтобы добраться до своих катеров, рыбакам приходится расталкивать морских львов, развалившихся на причале. Да и сам этот причал, окруженный отвесными скалами и мангровыми зарослями, кажется сооружением странным. Единственный отель с бассейном вынужден держать специального смотрителя бассейна. Его обязанность — разгонять птиц, так и норовящих поплавать в пресной воде, и ящериц, сбегающихся на водопой.

На Сан-Сальвадоре тоже останавливались пираты. Например, залив Кита считал своим домом небезызвестный морской волк Генри Морган.

ДЕНЬ СЕДЬМОЙ, ПОСЛЕДНИЙ И ПЕРВЫЙ
И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмый от всех дел Своих...
Книга Бытия

Галапагосские острова полны сокровищ, как пиратский сундук. Все они разные, и каждый — особенный. У острова Сеймур в сильном течении устраивают брачные игры радужные рыбы — кажется, что все краски спектра танцуют в этом фантастическом замысловатом танце. А рядом, на ровной песчаной площадке величиной с футбольное поле, плавают тысячи галапагосских угрей.

К острову Дарвин приплывают китовые акулы, величественные как подводные лодки: их длина достигает пятнадцати метров. А у Вульфа водится смешная красногубая бабочка. Эта рыба больше похожа на лягушку: она стоит на песке, опершись на свои плавники, и меланхолично разевает красногубый рот, поджидая добычу.

Третий по величине остров — Фернандина, это гигантский вулкан Ла-Кумбре. Он все еще тлеет, время от времени вздрагивая и ворочаясь. Его легкие толчки заставляют почувствовать невероятную мощь Земли.
Пролив у острова Санта-Мария облюбовали кашалоты и касатки, в пене за кормой катеров резвятся дельфины. Мыс Корморант сверкает зелеными кристаллами оливина, а соседняя лагуна кажется розовой от сотен фламинго. Белоснежный песок этого пляжа облюбовали морские черепахи, которые по ночам выползают откладывать яйца. Бухта Пост-Офис названа в честь украшающей ее бочки: двести лет назад она служила китобоям почтовым ящиком.

Остров Эспаньола — единственное место в мире, где гнездятся волнистые альбатросы. А на Санта-Фе среди зарослей опунций гуляют козы, которые пьют морскую воду, потому что пресной на острове нет.

Таков галапагосский Эдем — один из последних нетронутых уголков Земли, параллельный мир, невероятный и тем не менее существующий. Здесь можно увидеть, как на новой, еще обугленной планете зарождается жизнь. Здесь можно найти первую зеленую былинку и первую ящерицу, вышедшую из океанских вод. Любые слова и эпитеты бессильны описать этот архипелаг, где из мрака и хаоса проступает космическая гармония мира.

Ваше путешествие в Эквадор поможет организовать
компания «Содис»: (095) 933-5533.