Do not hurry in Africa!

Александра Фомина, начальник отдела компании «Содис»

OPEN!, лето 2008



Менять что-либо было поздно. Сделав последний глоток сока из походного пайка, я присоединилась к Д., который с интересом наблюдал за сложным процессом «форматирования» нашего туристического багажа…

…А посмотреть тут было на что. Никсон, чернокожий проводник, с которым мы познакомились пару часов назад, проводил кастинг на должность носильщика экспедиции. Нам нужно было пять человек, и недостатка в желающих мы не испытывали — количество претендентов с каждой минутой увеличивалось. Параллельно наш «ангел-хранитель» пытался отстоять запасы продовольствия, которые, по словам бдительных стражей парка, превысили все мыслимые нормативы. Говорил Никсон неторопливо, с ленивой грацией и чувством собственного достоинства — как бы демонстрируя надпись на своей футболке: «Do not hurry in Africa! It doesn’t make sence!».

Наконец, по прошествии двух часов мы двинулись в путь. Хорошо утоптанная и кое-где выложенная камешками тропинка влекла нас за собой под тень раскидистых деревьев. Понимая, что на высоте 1900 метров встреча с «акулами, гориллами и злыми крокодилами» маловероятна, мы все же приготовили камеры и пристально всматривались в окружающий пейзаж, прислушиваясь к малейшему шороху и потрескиванию веток. Убедившись, что нам все нравится и мы не устали, Никсон приступил к своим обязанностям гида — начал знакомить нас с местной флорой. Мы не пытались запомнить названия всех этих цветов, кустов и деревьев: это было невозможно — мы просто любовались невероятным разнообразием всех оттенков зеленого, пропуская мудреные словечки мимо ушей.

Через четыре часа легкой и увлекательной прогулки мы вышли на поляну, где деловито суетились наши носильщики, разбирая багаж и устанавливая палатки. Одна из них, с распахнутым пологом, уже стояла — это «столовая», самое уютное «помещение» нашего лагеря. На столе, накрытом чистой льняной скатертью, красовалось блюдо с фруктами, орешки, попкорн и ароматный чай с душистым горным медом — наш полдник.

До ужина оставалось еще несколько часов, и мы решили исследовать окрестности. Никсон проводил нас удивленным взглядом: наше решение не вписывалось в привычную схему поведения белых туристов — ведь нам «полагалось» лежать без сил в палатке, а мы опять куда-то спешили… Но спорить с клиентом не принято, и Никсон попросил нас соблюдать осторожность: в этих местах якобы встречаются стада диких буйволов.

В лагерь мы вернулись на ароматный запах мясного рагу, щедро сдобренного специями. Наш повар — настоящий кулинарный гений — создал из минимального набора продуктов потрясающие блюда! Компанию за ужином нам составил Никсон, которого мы пригласили не без корыстной цели — уж очень хотелось послушать местные сказки и легенды. Его речь текла плавно и размеренно, а хороший английский с мягким танзанийским акцентом убаюкивал, навевая сладкие сны с ароматом фруктов и местных специй…

Встреча с прекрасным, зверями и птицами
Большинство белых людей едет в Танзанию смотреть животных. Считается, что здесь самое интересное на всем континенте сафари — интереснее даже, чем в Кении. Три основных парка составляют «треугольник», по которому перемещаются туристы: Серенгети, озеро Маньяра и Нгоронгоро.

Серенгети (который, как все наверняка помнят по известной книге, не должен умереть) — это львы. Жизнь львов, от рождения до смерти, можно увидеть в один день, проехав в джипе с рейнджером по этому огромному львиному королевству. Озеро Маньяра — удивительный птичий заповедник, где в соляном озере обитают сотни, если не тысячи, фламинго. Там очень расслабляющий отдых, этакое миросозерцание под шум камыша.

А Нгоронгоро — это кальдера, кратер давно потухшего вулкана. Уникальный затерянный мир, где водится очень много эндемиков — животных и насекомых, не встречающихся больше нигде в мире. То обстоятельство, что кратер вулкана — замкнутая зона, из которой нельзя выйти и в которую нельзя войти, позволяет ему сохранять совершенно удивительную природу с животным миром.

Заповедник Нгоронгоро громадный — около 8300 километров, в нем есть и леса, и озера, и реки, и холмы. Но в основном это открытые пространства, очень плотно заполненные разнообразным зверьем. Люди здесь могут находиться только внутри джипов — выходить ни под каким предлогом нельзя! Хотя, конечно, очень хочется: сначала участники сафари фотографируют всех подряд, кого видят, потом уже начинают выбирать — охотятся только за редкими и удачными кадрами.

К сожалению, нам самим в эту короткую — всего две недели — поездку не удалось попасть на сафари. Но если есть возможность, всегда лучше организовать танзанийское путешествие именно таким образом: для начала хотя бы два-три дня — на сафари (это поможет акклиматизироваться после Москвы), затем восхождение на Килиманджаро и после — короткий, исключительно, я бы сказала, восстанавливающий, отдых на Занзибаре.

Роскошь в наши дни — дело техники
Мы же из Найроби на маленьком самолетике сразу отправились в аэропорт Килиманджаро. «Восхождение на главную вершину Африки» — звучит довольно громко, хотя на самом деле ничего сложно в подъеме нет. Это треккинг в чистом виде, без какого-либо налета альпинизма. Маршрут простой; вернее, есть несколько маршрутов подъема с разных сторон: мы поднимались с кенийской стороны, а спускались с танзанийской. Гора целиком и полностью находится в Танзании, но вот северный ее склон фактически граничит с Кенией. Что удивительно, природа с двух сторон совершенно разная. Всего на восхождение у нас ушло четыре дня и три ночи, а спустились мы за один день и одну ночь. Вниз, понятное дело, гораздо проще.

Многие меня спрашивали, как мы решились ехать в такие условия — мол, на горе же нет хороших отелей. Скажу больше, там вообще нет никаких отелей, если не считать вариантом такового один-единственный кемпинг с 12-местными номерами на танзанийской стороне. Но при этом путешествие можно устроить абсолютно в стиле luxury — все делается индивидуально.

Я расскажу, как это было у нас. Мы шли вдвоем. Вместе с нами на гору поднимались: персональный гид, который прекрасно говорил по-английски, отлично разбирался в окружающей природе и постоянно снабжал нас пищей для размышления; персональный повар, три раза в день исхитрявшийся готовить из довольно простого набора овощей очень вкусную и разнообразную еду; пятеро носильщиков, которые в лучших традициях колониальной Африки шли в почтенном удалении и тащили на себе три палатки и наш багаж. Когда же приближалось время стоянки, они, напротив, обгоняли нас; и к моменту, когда мы подходили, нас уже ждали палатка для отдыха и палатка-столовая с накрытым белой скатертью столом.

Сами же мы несли только рюкзачки с дневными вещами: плеер, темные очки, крем от солнца, бутылка воды…

И этот уровень комфортности — далеко не предел. Отталкиваясь от него, можно устроить поездку гораздо более высокого класса. К примеру, палатку для ночевок можно подобрать самую просторную — хоть настоящий шатер в человеческий рост, повару же заказать любые блюда в зависимости от предпочтений, а обеспечивать все это технически будет неограниченное количество персонала — это у нас было всего пятеро носильщиков, а при необходимости — их может быть и целый караван.

Вверх, вверх и снова вверх
В день мы шли по 6–7 часов. В первые двое суток подъем был очень постепенным, мягким — тропа пологая, так что у человека, который в принципе не чужд фитнеса, не возникает вообще никаких негативных ощущений. Хотя, впрочем, повсюду в заповеднике развешаны предупреждения о том, что, «если вы вдруг почувствовали хотя бы малейшие признаки горной болезни — что-то неладное с легкими или сердцем, — нужно немедленно остановиться и ни в коем случае не идти дальше».

Тропинка выложена желтыми камешками — совсем как в сказке. Вокруг поначалу цветут буйным цветом деревья: знаменитое пылающее flamboyant tree, хлебное, манговое... Много птиц и обезьян (нам были еще обещаны буйволы и антилопы, но из них мы никого не встретили).

Ты просыпаешься часов в 8 утра, после завтрака отправляешься в путь. Обедаешь, снова идешь, затем полдничаешь, пока разбивается лагерь, гуляешь вокруг, любуешься пейзажами, рано на закате ужинаешь и ложишься спать.

На второй день мы миновали район пещер, которые, видимо, причудливо «выдул» из застывшей лавы ветер, затем вошли в альпийскую зону, где стало уже ощутимо прохладнее. Виды на Кению становились все панорамнее, а снежная шапка Килиманджаро (про которую, кстати, говорят, что через двадцать лет она может окончательно растаять) все ближе… И вот так, с шутками-прибаутками, с остановками, обедами, осмотрами красот за два дня, мы преодолели высоту от 1900 до 4700 метров. А к третьему, самому суровому дню, оказались перед лицом гораздо более серьезного испытания.
В последнем лагере, перед вершиной, очень много воронов. Кажется, будто они поджидают людей. Ничего дурного они не делают, но общее ощущение такое, что становится не по себе: эти вороны, мрачные скалы, ветер сносит палатку…

В финальную ночевку, перед последним рывком на вершину, спать ложишься рано, а в полночь тебя уже будят, и в час ночи ты выходишь на гору. Часов за пять, которых как раз хватает до рассвета, преодолеваешь высоту от 4700 до финальной отметки в 5895 метров. Этот путь уже сложный: резкий подъем в гору, камни сыплются из-под ног… Но главное ощущение — и, конечно, незабываемое для Африки — это холод. «Всего-то» минус 20, но при сильном ветре кажется, что, кроме шуток, все минус 35! Когда ты оказываешься на вершине ледника, почти в облаках, это ощущение действительно непередаваемое.

Мы шли довольно быстро, и поэтому по пути обогнали несколько групп. С горы далеко внизу были видны линии огоньков от фонариков на шапках — эти маленькие светящиеся точки со всех сторон поднимались к вершине.

Долго находиться на леднике невозможно: снимаешь на считанные секунды перчатки, чтобы сделать фотографии, делаешь несколько глотков горячего чая или кофе — и уже пора спускаться.
Остановка в пути: Занзибар

После триумфального восхождения на Кили­манджаро мы на несколько дней отправились, как это делают многие, отдохнуть на Занзибар. Этот тропический танзанийский остров с очень средними отелями и средними пляжами, если честно, не произвел на меня никакого впечатления. Однако его большое достоинство состоит в том, что лететь до него от Килиманджаро всего час, а до ближайшего «приличного» Маврикия — полдня на перекладных.

Так что мы заселились в Kempinski и в первый день просто пролежали на пляже — загорали и пили коктейли. Потом, придя в себя, отправились изучать остров — и были слегка разочарованы. Да, там можно покататься на местных лодочках типа дхони, посмотреть, как местные жители выращивают для каких-то целей непонятные водоросли. На одном из пляжей мы даже видели, как европейцы справляли свадьбу по-африкански… Но общее впечатление осталось несколько тягостным: во-первых, на Занзибаре, впервые за все путешествие, мы почувствовали, что Танзания — мусульманская страна, и наблюдали там негритянок в черных паранджах; а во-вторых, на острове элементарно нет условий для развлечений — ни на дискотеку не сходишь, ни вечерних платьев с бриллиантами не «выгуляешь»…

Правда, свою роль — барокамеры — перед нашим возвращением на родину Занзибар выполнил вполне неплохо. Мы передохнули — и снова начали свои восхождения, но уже к другим, повседневным вершина.

Подробная информация и бронирование
в туристической компании «Содис»:
(495) 933 5533, www.sodis.ru



Фотогалерея