Мертвый сезон

Михаил Бек

OPEN!, зима 2004



Шасси коснулись бетонной полосы – и вот я уже в другом мире. Столбик термометра застыл на отметке плюс 30, влажность на улице почти 100 процентов. Плотное жаркое марево, теплые струи дождя заливают леса, дороги, сады… Мертвый сезон в Таиланде.

Бангкок, 6 октября

Десять часов утра – мы уже на ногах. Хочется чего-то особенного, неожиданного, яркого. Погода меняется довольно быстро. Только что небо было ясным, и вдруг дождь. Ко всеобщему удовольствию он также быстро заканчивается, как и начался: небо снова окрашивается чистыми голубыми тонами.

Завтракаем на берегу реки Чаопрайя. Открытый ресторан встречает почетным караулом крахмальных салфеток, в хрустальных бокалах отражаются тысячи солнц. Хочется фаршированного омара с острым соусом. Циклопических размеров креветки проделывают свои цирковые номера перед тем, как угодить в сачок. “Look, lizard!” – вскрикивает кто-то. Смотрю и глазам не верю – боже что это? На парапете бассейна - огромная ящерица, метра полтора длиной. Змеевидная голова со складчатой шеей, мощное коричневое тело держится на крепких растопыренных лапах. Вид жутковатый, зато – приключение! После такого явления ощущаешь себя настоящим первооткрывателем.
-Я бы предпочла на завтрак что-нибудь менее экзотическое, - смеется Эля.
Словно, поняв смысл сказанных слов, ящер бросил в нашу сторону колючий взгляд и, поразмыслив немного, поковылял в сторону прибрежных кустов.

В полдень - осмотр буддийских святынь. Незабываемое впечатление оставляют королевский дворец Винамвек, полностью выполненный из тика, и храмовый комплекс Ват Прокео, где хранится главный культовый символ Таиланда – Изумрудный Будда. Статуэтка досталась тайцам в III веке до нашей эры от индийского правителя Ашоки из династии Мауриев. На протяжении столетий, пока Сиам воевал с соседями, она все время переходила к победившей стороне. И лишь в конце XVIII века Будда окончательно обрел покой в Ват Прокео. У Изумрудного Будды есть тайна: он сделан не из изумруда, а из куска голубого нефрита.

Бангкок, 7 октября

Нет, не небоскребы и не сверкающие витрины бутиков, не слоны и мартышки, не пыльные тук-туки и не изнывающие от жары уличные торговцы с огромными повозками и деревянными лотками, набитыми амулетами, фальшивыми камнями и какой-то снедью; не привязчивые шлюхи, иммигрировавшие из Бирмы и Камбоджи сотнями и поодиночке, и уже не поддающиеся никакой калькуляции, не крокодиловые фермы, не аквапарк с его развлечениями и даже не буддийские храмы – главная аттракция Бангкока. Главное впечатление от города – это клонги. Да-да, уважаемые дамы и господа, именно – клонги, разветвленная сеть узких каналов.

Особенно хороши клонги вечером, когда меняются краски, и плотная серая дымка стирает грань между водой и сушей. Это завораживающее пространство полно неизъяснимой красоты и магии. В темноте листва блестит, словно покрытая лаком, и по ее блестящей поверхности движутся отсветы от лодочных фонарей, заглядывая под тяжелые ветви плакучих ив и пальм. Воздух пахнет сырой свежестью. Рядом плещется невидимая вода, из которой вырастают деревянные дома на сваях. Внутри них теплится непонятная, чужая жизнь.

…Наша лодка движется словно на ощупь. Канал то обрывается в плотной серой дымке, то возникает вновь. Вокруг – вселенская тишина и покой, который нарушают всполохи огненно-красных зарниц. Вот интересно: что было бы здесь, если б не исчезла Аютия – древняя столица Сиама. Наверное, ни клонгов, ни небоскребов на этом месте не было бы вообще. Впрочем, как не было бы и самого Бангкока.

В 1767 Аютию разрушили полчища бирманцев, которые овладели городом хитростью. Говорят, все это произошло из-за женщин. Король запретил стрелять из пушек в ночное время, чтоб не беспокоить своих многочисленных жен и наложниц. Враг этим воспользовался. Следовательно, Рим спасли вовремя загоготавшие гуси, а Аютию погубили разоспавшиеся королевские барышни.

Бангкок – Паттая, 8 октября

Дворники смахнули унылые капли с лобового стекла. Солнце на секунду осветило молочно-серое небо и тут же скрылось за рваной ватой облаков. Едем в Паттайю. За окном - зеркала рисовых полей, низкорослые банановые пальмы, кусты акации. Испарения размыли контуры стволов, ветвей и самих листьев - смотрятся все это очень эффектно, но Pentax может отдыхать. Туман, мало света.

Зато в Паттайе – тишь и благодать. Тысячи огней освещают курортный город. Жизнь от рассвета до заката здесь плавно переходит в жизнь от заката до рассвета. Центральная улица Walking street с десяти заполняется людьми. Сюда приходят выпить и поболтать, решить, где и как провести ночь. Понятие времени бессмысленно: двенадцать часов в Паттайе не "уже", а "еще". Под ритмы рока и попсы толпа до глубокой ночи перемещается из одного бара (клуба, ресторана) в другой. Надписи “Go-go” и “Sexy ladies” подскажут ориентацию заведения.

Вот что кажется действительно странным, так это наличие буддийских монахов, которые явно чужие на этом празднике жизни. Серьезные дяди в оранжевых одеяниях бодрят себя прогулками по порочному городу. На их загоревших лицах не видно и тени печали.

Пхукет, 9 октября

Утро. Ярко, ослепительно светит солнце. Я выхожу на балкон и в полном смысле этого слова столбенею. Передо мной настоящее буйство красок с невероятным количеством оттенков зеленого. Цветущие акации, белые, похожие на мраморные, цветки магнолии, в мясистых листьях неизвестных мне растений копошатся желто-черные пичуги, а между стволами гигантских кокосовых пальм синеет океан.

День решено провести на пляже. Мы идем туда, где шелестит прибой, где воздух нагрет, где пахнет йодом и благоухают дивные тропические ароматы. Бросив вещи на лежак, мы тут же кидаемся в воду. Мы плещемся, бегаем по пляжу, смеемся, дурачимся. Как дети.

Пхукет, 11 октября

Эля влюблена в Пухет окончательно и бесповоротно. А вместе с ним и во весь Таиланд. Говорит, что хочет остаться здесь – жить в этом пестром, нереальном мире, что люди здесь необычайно открыты, и это особенно подкупает. На самом деле все не так. Таиланд никогда не открывался до конца. Более того, здесь всегда относились к европейцам настороженно. Вот простой пример. В начале XX века в сиамском королевстве разразился скандал: принц Чакрабан вознамерился жениться на чужестранке, хуже того на фаранге – человеке белой расы. Интрига заключалась в том, что претенденткой на роль принцессы оказалась Екатерина Десницкая – русская дворянка. С Десницкой принц познакомился в 1905 году, в Петербурге, где обучался в академии генерального штаба. Зная, что ни собственная семья, ни его могущественный покровитель - Николай II, не разрешат ему жениться, принц тайно обвенчался с Десницкой в Константинополе, а затем также тайно привез ее в Таиланд .

Данный поступок вызвал целую бурю негодования. Чужестранку не принимали ко двору, а сам принц долгое время был в опале. Лишь после того, как у Десницкой родился сын, ее официально признали супругой Чакрабона, а ее сына Чулу - принцем.
- И что было дальше?
- Через несколько лет Чакрабон полюбил другую женщину, и супруги расстались.
- Печальная история…

Пхукет, 14 октября

Сегодня мы свидетели начала красочного праздника – Китайского вегетарианского фестиваля. В храмах горят свечи, на улицах разрываются петарды, по улицам движется бесконечная процессия людей в белом. У многих щеки проткнуты металлическими прутьями и ножами. Вот один даже умудрился велосипедную раму через щеки продеть. И все это ради благоденствия острова. В того, кто на девять праздничных дней отказывается от употребления в пищу мяса, алкоголя и воздерживается от плотских утех, вселяются духи-защитники.

Мэйтон, 19 октября

Шипящая пена, лизнув ступни моих ног, откатилась назад. Я начинаю верить в то, что мечты иногда сбываются – вот он сказочный остров, остров из моих детских грез. Синее море, белая кромка прибоя, лохматые пальмы, на многие мили - ни души.

Загорать и купаться можно прямо у порога своей виллы, и это особенно приятно. Ну, и главное – это, конечно, девственный лес, сохранившийся в центральной части Мэйтона. Когда-то все острова Индийского океана выглядели именно так – гигантские деревья, уходящие кронами в небо, огромных размеров папоротники, россыпи цветущих орхидей…

Увидев такую красоту, не забудешь ее никогда и ни за что. Красоту, дающую ощущение, что ты – властелин мира, что именно тебе принадлежат все эти закаты и восходы, что эта величественная земля без конца и без края – твоя и только твоя. И еще захочешь, чтобы Рай был на Мэйтоне – среди пальм, коралловых рифов и теплого океана.

Таиланд. Октябрь 2004




Фотогалерея